Политический популизм вместо решения проблем - Дмитрий Разумков фото

Вместо того чтобы решать проблемы государства и народа, украинские политики продолжают заниматься популизмом, нарабатывая себе баллы и рейтинги. Отсюда неспособность власти провести реформы, которых требуют международные партнеры. Такую мысль в эфире 106 FM высказал политический эксперт Дмитрий Разумков.

Каково значение Украинской недели в Европарламенте?

– Это действительно большое событие, его многие ждали. В теории все должны готовиться, чтобы потом привести с таких серьезных мероприятий какой-то позитив для нашего государства. К сожалению, последние поездки наших власть имущих и в Европу, и в другие страны мира, все меньше и меньше приносят ожидаемого результата. По одной простой причине – от нас в какой-то мере устают. Мы очень мало делаем сами и пытаемся всю работу, которую мы должны провести, и все реформы, которые мы должны сделать, переложить на чьи-то другие плечи – будь то США, Евросоюз, кто угодно, лишь бы не мы. И об этом, к сожалению, все чаще говорят наши европейские партнеры. Это звучит из уст немецких политиков. Сегодня эта мысль звучала в Европарламенте.

Но европейцы сказали, что все-таки не устают от нас, и чтобы мы не расстраивались.

– Вот действительно, наверное, чтобы мы не расстраивались. Мне довелось услышать то, что говорил Пэт Кокс, и у меня сложилось двоякое впечатление. С одной стороны он раскритиковал работу нашего парламента. Было сказано все – и о том, что куча законопроектов не принимаются, о том, что депутаты не работают на своих рабочих местах, как в парламенте, так и на своих округах, на своих территориях, и про комитеты сказал. Единственное, о чем он не сказал – это о кнопкодавстве.

Решил не добивать?

– Да, видимо просто решил не добивать. Единственное, что меня смущает как гражданина Украины – то, что политик другого государства критикует высший законодательный орган Украины. Это ненормально, потому что при всем уважении должна быть какая-то национальная гордость, национальное самолюбие.

С одной стороны можно сказать, что мы сами разберемся со своими проблемами, с другой стороны с проблемами мы сами разобраться не можем, и этот взгляд со стороны стоит учесть.

– Наверное, наиболее правильным решением было бы не допускать этого. Наш парламент делает, мягко говоря, недостаточно для того, чтобы реформировать наше государство, и именно он дает повод, и я полностью согласен с Коксом, в том, что он сказал. Здесь на самом деле противопоставить что-либо очень тяжело. С другой стороны, меня как гражданина немножко смущает и, мягко говоря, я не совсем понимаю, как глава Верховного Совета говорит, что мы едем в Европу презентовать стратегию реформирования нашего Верховного Совета и нашего Кабинета Министров.

Что именно вас смущает?

– Насколько я помню, по Конституции, наивысшим носителем власти в Украине является народ. И он же является работодателем, в том числе, и глубокоуважаемого Владимира Борисовича Гройсмана и всех остальных депутатов, и в принципе, всех, кто сидит на печерских холмах, а это и президент, и Кабинет Министров Украины. При всем уважении к европейцам, а я адекватно оцениваю ситуацию, что без их поддержки Украина не смогла бы даже сегодня существовать, она бы, возможно, развалилась как государство… но перед тем как везти какую-либо стратегию и показывать ее нашим европейским партнерам, стоило бы все-таки презентовать ее своему работодателю, народу Украины. Этого не произошло. И я не совсем понимаю, почему это так. Ну и третий вопрос – это, наверное, вопрос того, что мы постоянно что-то презентуем. Мы презентуем реформы, презентуем стратегии, презентуем варианты выхода из сложившейся ситуации, но, к сожалению, дальше презентаций и дальше заявлений и деклараций движение и работа идет очень туго, а иногда она не идет вообще.

Петер Кокс указал, в частности, на то, что ВР Украины имеет слишком высокий кворум, то есть, количество голосов, которым нужно принимать важные решения. Он также сказал, что это количество голосов должно быть конституционным большинством. Должны ли наши чиновники презентовать какие-либо количественные изменения ВР?

– О количественных изменениях речь идет уже давно. О том, что пора сокращать количество народных депутатов Украины. И у нас постоянно происходят изменения. То есть, количество остается то же – 450, а качество, к сожалению, меняется. И меняется в худшую сторону. Это касается депутатов последних 2-3 созывов. Хороший политик, хороший экономист – это не значит, что он будет хорошим законодателем. И часто у нас работа ВР больше сосредоточена на политике, нежели на прикладной функции – на написании законов, реальных, нормальных законов, которые будут нужны государству и гражданам Украины. Но по факту часто этими законами лоббируются свои личные интересы либо же интересы тех олигархических групп, которые представляют те или иные депутаты в ВР. Я не говорю про всех. Есть действительно люди, которые приходят из созыва в созыв, а есть те, которые, к сожалению, выпали, которых сегодня нет в этом созыве, которые были, на мой взгляд, качественными депутатами, законодательные инициативы которых приносили позитив обществу.

Насколько их было много? И насколько их голос терялся в общей массе?

– Часто терялся. Потому что если мы возьмем первые созывы, там очень высокая была концентрация настоящих лидеров общественного мнения. Можно было по-разному их оценивать и воспринимать, но если мы говорим про того же Черновола, то это был человек, который вызывал уважение. Как у союзников, так и у оппонентов. С каждым годом таких личностей в парламенте все меньше и меньше.

И произошло это когда появились партийные списки. То есть, получились определенные закрытые акционерные общества. Дальше десятого номера в любом списке знают очень мало людей. И всегда выставляется первая пятерка. А что идет дальше остается большой загадкой.

Есть ли смысл уменьшать количество депутатов?

– С точки зрения той ситуации, которая складывается сегодня в государстве, и определенном дефиците бюджета – да. Поскольку народный депутат – это достаточно дорогое удовольствие. А если возвращаться обратно к качеству наших народных депутатов, то эти люди по оценкам экспертов имеют у себя за плечами или в кармане больше миллиона долларов минимум…

И живут в гостинице.

– Нет, они не живут в гостинице. Они получают компенсацию. Притом это относительно небольшая для них сумма, они эту сумму часто могут оставить в ресторане за вечер, но, тем не менее, они, понимая, что пенсионерка получает свои две тысячи гривен и не знает, как прожить на эти деньги при сегодняшних тарифах, при росте цен и тому подобное, они позволяют себе брать эти деньги.

То есть с финансовой точки зрения уменьшение количества депутатов было бы логичным?

– Сегодня очень многие предприятия проводят реорганизацию и сокращения. По большому счету Верховный Совет Украины – это тоже предприятие, и главные акционеры, украинское общество, тоже может позволить себе провести реорганизацию, провести определенное сокращение. Другой вопрос – это должно иметь разумные пределы.

В стране зреют настроения провести досрочные выборы Верховной Рады, и президент Украины сегодня заявил, что не допустит досрочных выборов в ВР в нынешнее время. Есть ли у него механизмы не допустить выборов?

– Да, механизмы есть. Президент говорит эту фразу с завидной регулярностью, и у меня складывается впечатление, что это адресовано не украинскому обществу, а международным партнерам. А у них очень жесткая позиция, они не хотят очередных выборов, потому что после них будет создание новой коалиции, переформатирование правительства и тому подобное, и на это уйдет а) время, б) в том числе их деньги.

Теперь что касается позиции президента, имеет ли он право не допустить досрочных выборов. Да, имеет. В случае, если развалится коалиция, есть тридцатидневный срок, за который должна быть создана новая. Если же этого не произойдет, то президент имеет право, но не обязан, распустить Верховный Совет и назначить новые выборы.

А если прошло 30 дней, новая коалиция не собирается, а президент не пользуется своим правом распустить ВР, как работает дальше этот парламент?

– Ситуативно.

Возможно, есть смысл работать так?

– Так раньше оно и работало. Но тогда нет политической ответственности, непонятно, кто за что отвечает. То есть сегодня так не получится по одной простой причине – фракции делегируют своих представителей, потому что у нас хоть все и обещали, что не будет квотного принципа в правительстве, но тем не менее, он остался, и таким образом он берет на себя ответственность за то, что происходит в государстве.

Стоит ли сегодня говорить о том, что в Украине наблюдается политический кризис, и что ответственность за происходящее в стране лежит неясно на ком?

– Мы даже не только сегодня это наблюдаем. Это уже затянувшийся процесс, к сожалению. Продолжается перетягивание политического каната, пиар-каната. Потому что тот же Кабмин Украины не должен заниматься популистическими вещами, и заниматься лично пиаром премьера, и какими-то своими действиям. Они должны отвечать за экономику, за развитие государства. С учетом того, что в стране война, еще консолидировать ресурсы для того, чтобы нормально функционировала и воевала наша армия, чтобы она была боеспособной. К сожалению, тут остается много вопросов. А сама армия – это зона ответственности президента. Борьба с коррупцией – это больше зона ответственности президента, хотя у нас постоянно пытается это на себя тянуть действующий премьер. К нему это вообще никоим образом не относится.

Но это ведь хороший флаг?

– Флаг, в том-то и суть. У нас все ходят с флагами, а взять лопату, как говорил один предыдущий премьер, и что-то сделать, с этим гораздо хуже. Эта попытка сохранить рейтинги, а где-то и приумножить – это не совсем правильно. Мы по-разному можем оценивать работу фракций ВР, но те, кто в оппозиции, сегодня сидят и потирают руки на каждый просчёт действующей власти. Им главное ничего не делать. За них все сделает власть. И во время выборов покритиковать это все и получить свои проценты, которые вырастут по сравнению с тем, что они получили на прошлых выборах. Но с учетом того, что в стране сейчас, мягко говоря, плохо, это не государственная позиция. Это политическая позиция, технологическая, это личное развитие. Но это не развитие государства. Это абсолютно неправильно.

Но никто не хочет бросать игру в рейтинги?

– Никто не хочет. И власть, и оппозиция. То есть, сказать, что в парламенте есть хотя бы одна политическая сила, которая была бы на 100% государственной, с государственной позицией, я не могу. Когда у нас премьер говорит, что мы похороним свои рейтинги и сделаем реформы, он на 50% говорит правду. Рейтинги он похоронил. С реформами немножко хуже получилось. Потому что общество было готово к реформам. И это касается как президента, как премьера, так и ВР. Общество было готово терпеть и затянуть пояса. И получить непопулярные меры. Было готово ко всему. Особенно, после Революции Достоинства, действительно, большая часть общества к этому была готова. И восприняла это адекватно. Но нельзя быть с затянутыми поясами такой длительный промежуток времени, а реформы еще не начались. То есть, пояса уже все затянули, уже дальше затягивать некуда, а реформ люди не видят. Эффективные реформы можно посчитать на пальцах. Притом, одной руки.

А времени, которое прошло, было достаточно, чтобы что-то сделать?

– Да. Вал реформ, наверное, не получилось бы сделать, но часть реформ можно было бы провести, другую часть можно было бы уже начать. Есть реформы, которые нельзя провести за год, иногда даже за два, иногда даже за три. Но общество видело бы изменения в том или ином секторе. Если же мы говорим про быстрые реформы, то их можно было показывать. А так нам говорят: потерпите. Год прошел, два прошло, все терпят, а реформ нет. И еще одна большая проблема нашей власти: у нас нет так называемого мастер-плана, нет конкретных конечных сроков. Если бы премьер пришел и сказал: смотрите, реформа один, реформа два, реформа три. Первую мы закончим через год, вторую через год, третью через год. А вот на эту, извините, нам нужно будет три года. А сейчас у нас представители ВР говорят: мы будем требовать помесячный план у премьера. Это говорит Юрий Витальевич Луценко. Другой вопрос, почему этого требуют через два года работы этого правительства. Может быть, стоило бы эти дедлайны выставить, когда их назначали на эти должности?

Первоисточник





Загрузка...

Оставьте первый комментарий