Франческо Рутелли: "Военная операция России в Сирии стала решающей для спасения Пальмиры" фото

Известный итальянский политик Франческо Рутелли, бывший министр культуры и экс-мэр Рима, в качестве президента ассоциации "Встреча с цивилизацией" стал инициатором проекта по реконструкции трех артефактов, уничтоженных в Сирии и Ираке боевиками террористической группировки "Исламское государство". Накануне открытия выставке в Колизее Рутелли рассказал корреспонденту ТАСС о проекте и о том, как можно спасти культурное наследие человечества от современных варваров и, конечно, о политике.

Господин Рутелли, вы активно вели политическую деятельность, а сейчас полностью переключились на культурные проекты. Не считая того, что вы были министром культуры. Культурой заниматься лучше, чем политикой?

Культурой я занимался всегда, еще и по семейной традиции. Фонтан Наяд на площади Республики (Рим) сделал мой прадед — скульптор Марио Рутелли. Другой мой прадед был генеральным директором управления изобразительных искусств, здесь (показывает фотографию) он посещает с инспекторским визитом Помпеи — этой фотографии более 100 лет. 

Тут на стене между фотографией с папой римским Франциском и (испанским режиссером) Альмодоваром (показывает) — театр Массимо в Палермо, в строительстве которого участвовал также мой предок Джованни Рутелли. Другой мой предок — из Пармы — реконструировал сенат Венеции в 1873 году. Поэтому культура — это мое семейное наследство, моя страсть и работа. Сейчас я занимаюсь множеством проектов при понимании культуры как двигателя развития, воспитания уважения к культурному разнообразию как основополагающего элемента общества в такие сложные времена, которые мы переживаем сейчас. Дело не только в растущем числе конфликтов. Есть еще интернет, который, казалось бы, призван умножать знания, но очень часто используется как инструмент невежества. Одним словом, для меня очень важно, чтобы культура воспринималась не только как дань прошлому, но и как свидетельство и отражение современных перемен.

Достоевский говорил, что красота спасет мир. Перефразировав, можно сказать, что культура спасет мир? Особенно сейчас, когда мир стоит перед такой угрозой, как "Исламское государство". Вы верите, что с помощью культуры можно бороться с невежеством терроризма? Или это утопический рецепт?

Иногда и утопия может быть полезной. Но нужно быть реалистами. Совершенно очевидно, что для того, чтобы победить фундаментализм, фанатизм и стремление разрушать, необходимы адекватные инструменты. Это и разведка, и прямое противостояние.

Тактика ИГ — в физическом уничтожении как людей, так и культурного наследия цивилизации. И это, собственно, демонстрирует, что нельзя отделять защиту, образно говоря, камней от защиты людей. Поскольку те, кто ставят своей целью уничтожение людей, стремятся уничтожить и их культурную идентичность, их культурное наследие. Вторая мировая война научила нас тому, что нельзя уничтожать культурное наследие. После таких трагических фактов в Европе, как разрушение в бомбардировках Монтекассино (аббатство на одноименной горе под Неаполем), Дрездена, уничтожение еврейского культурного наследия нацистами, Европа первой стала носителем идеи сохранения культуры. Нельзя воевать в музеях, нельзя заниматься контрабандой предметов искусства. Еще один элемент этого понимания заключается в том, что разнообразие — это богатство. То есть культурное наследие небольшого африканского племени значит не меньше, чем произведения Донателло или Рафаэля. Почему ИГ стремится разрушить культурные объекты? Потому что уничтожение культурного разнообразия составляет их идеологию. И это очень серьезный вызов, поэтому мы должны охранять наше культурное богатство, которое составляет наше знание. И выставка в Колизее имеет именно этот посыл.

Мы представляем три (реконструированных) экспоната. Одного — крылатого быка — больше нет. Увидеть теперь его можно только на нашей выставке. Пальмира, к счастью, не уничтожена полностью, ее можно восстановить.

В Афганистане после того, как талибы взорвали статуи Будды, на их месте остались пустые ямы. Мы не можем позволить оставить пустоты там, где находились шедевры. И восстановление — это в первую очередь научная задача. Мы провели огромную научно-техническую работу и создали точные копии, которые могут быть использованы как модель или установлены как копии. Даже в Риме есть множество копий, сделанных из современных материалов, а оригиналы в целях их сохранения помещены в музеи.

Сейчас у нас есть невероятные технологии. Например, реконструкция в 3D. На мой взгляд, нужно создать такой "банк копий" всех объектов культурного наследия, находящихся в зонах риска. И наша выставка является частью кампании по продвижению проекта о создании такой универсальной базы данных. Причем под зонами риска понимаются не только горячие точки, но и районы возможных природных катастроф. Например, известно о повышении уровня Мирового океана, а это означает, что множество прибрежных зон подвержены риску исчезновения. В Италии это землетрясения.

Какова же будет судьба этих копий?

После выставки в Колизее предусмотрены показы в разных европейских городах. Если нас пригласят в Россию, мы с удовольствием привезем наши экспонаты. Они принадлежат научному сообществу. Но принимать решение о восстановлении этих произведений должны власти Сирии и Ирака, мы готовы предоставить наши копии в их распоряжение.

Это означает, что задача сохранения культуры выше политики?

Решения о восстановлении Пальмиры должны принимать сирийские власти в сотрудничестве с ООН, а именно: ЮНЕСКО и с участием всех желающих помочь стран. На мой взгляд, здесь должно быть все совершенно открыто. Италия уже заявляла, что готова внести свой вклад.

При подготовке нашей выставки мы тесно сотрудничали с Дирекцией античного искусства Дамаска. И это сотрудничество нельзя интерпретировать в политическом ключе. Международное сотрудничество в деле сохранения культурного наследия крайне важно. И с этой точки зрения военная операция России в Сирии стала решающей для спасения Пальмиры, которая из одного из самых потрясающих примеров мировой культуры превращалась в музей ужасов. Надеюсь, что удастся выработать международное соглашение. Россия, США, другие западные страны и государства региона должны прийти к согласию в отношении политического перехода в Сирии, поскольку сирийский кризис стал результатом глобальных политических процессов. Возможно, "брекзита" не произошло бы, если бы не было 6–7 млн сирийских беженцев. Совершенно очевидно, что неприятие Европы, которое мы видим сейчас в некоторых странах ЕС, стало отчасти результатом отсутствия политики в отношении беженцев и мигрантов.

Чем отличается инициатива Италии, уже поддержанная ЮНЕСКО, об учреждении "голубых касок культуры" от вашей идеи сохранения культурного наследия?

Мы предлагаем создать банк данных, четко определив зоны риска. Я часто привожу пример, что для восстановления Варшавы и Дрездена использовались рисунки итальянского художника Бернардо Беллотто (1721–1780). Поскольку не было никаких других документов. Сегодня в нашем распоряжении беспилотники, лазерные сканеры, технологии 3D.

Первым с идеей "голубых касок культуры" выступал еще я. Но мы не говорим о военных, которые защищают культурные объекты в зонах конфликтов. Это международные группы, которые подчиняются ООН через ЮНЕСКО. В их распоряжении должны быть инструменты для осуществления трех задач. Первая — смягчение последствий ущерба, нанесенного объектам культурного наследия, если для этого есть условия. Если война продолжается, никто не пошлет группу специалистов на фронт. Вторая — это борьба с контрабандой предметов искусства и объектов исторического наследия. В любой войне это происходит, один из источников финансирования ИГ — именно торговля предметами античного искусства. Третья — подготовка проектов реконструкции, оценка состояния поврежденных памятников. 

Я рад, что Италия поддержала такую миссию.

Беседовала Вера Щербакова



Подробнее на ТАСС:
http://tass.ru/opinions/interviews/3686461


Загрузка...

Оставьте первый комментарий