Высшая степень доверия — это партнерство в бизнесе - Владимир Зеленский фото

Студии "Квартал 95" была создана в 2003 году на базе команды КВН. А сегодня Студия "Квартал 95" — одна из крупнейших продакшн-компаний в Украине. В ее структуру входят подразделения по теле- и кинопроизводству, анимационная студия, авторский и актерский цеха, промоутерская компания "Квартал Концерт". В интервью изданию Delo художественный руководитель студии, Владимир Зеленский, рассказал о самоцензуре, ответственности и бизнес-партнерстве как высшей степени доверия.

Владимир, можно ли то, что вы начали делиться опытом на бизнес-мероприятиях, и то, что согласились на интервью бизнес-изданию, считать индикатором начала построения корпоративной репутации? Готовности сформировать восприятие себя и "Квартала 95" не только как отличной труппы комиков, но и бизнесменов…

Мы серьезно относимся к своей работе, постоянно выстраиваем бизнес-процессы в нашей компании. Сначала ты начинаешь делать это на уровне отношений, репутации, а уже потом это приводит к финансовому результату. "Квартал 95" — это не только актерская труппа, хотя для меня это очень приятное направление. На сегодняшний день эту деятельность уже нельзя назвать ключевым финансовым инструментом.

Бизнес "Квартала 95" — это диверсифицированный бизнес. Есть телепроизводство, сериальное производство, концертная деятельность, фестивали, которые вы организуете, есть гастроли, есть корпоративы и ваши рекламные контракты… Они идут в общий бизнес Студии "Квартал 95"? Или это личный бизнес? Каково соотношение различных направлений и их вклад в общий бизнес? 

С точки зрения инвестиций и доходов сложно сказать, какую долю занимает каждый из "ручейков нашего Днепра" под названием "Квартал 95". Сложно, потому мы активно инвестируем сразу в несколько разных направлений, а когда они начинают приносить доходы, тогда уже его все замечают. 

Но "дойные коровы" у вас есть? Какие? 

Телевизионное направление. Я бы разделил его на создание телевизионных программ и форматов и производство сериалов. Программы и форматы — это два рынка на сегодня. Украинский рынок — главный, другой — продажа форматов за рубеж, на другие территории. До конфликтов — политических и экономических — у нас были очень серьезные дистрибуции и производство для России. Сегодня мы для российского рынка вообще ничего не производим. Мы вкладываем в разработку форматов мозги — а это дорогая инвестиция. 

Это ваше решение или дело в запрете? 

Вы нашу позицию знаете из нашего продукта, я ее повторять не буду. Мы не работаем в России, и этим все сказано. Мы живем в Украине, здесь находится наше производство, но мы производим форматы для всего рынка. Прежде всего — для западного рынка. У нас есть успехи с продажей некоторых наших форматов. Права на реализацию формата "Рассмеши комика" (Crack Them Up) "Квартала 95" приобрели Австралия, Беларусь, Бельгия, Вьетнам, Германия, Дания, Испания, Италия, Казахстан, Китай, Литва, Нидерланды, Россия, США, Финляндия, Франция. В Китае и Вьетнаме это абсолютный телевизионный хит, очень рейтинговое шоу. Коллег из Китая заинтересовал и формат "Хочу к Меладзе", придуманный и реализованный нами совместно с "Гауди Студио". Формат сериала "Слуга народа" также дистрибутируется по миру. Права на реализацию формата Майданс (Go Dance!) ("Квартал 95", Star Media) приобрели Китай, Норвегия, Россия, США, Франция.). Это не какие-то колоссальные доходы, но я считаю это инвестициями. Мы вкладываем в разработку форматов мозги — а это дорогая инвестиция. 

На втором месте для нас производство сериалов. И нельзя сказать, что украинский рынок кормит нашу компанию. Мы производим много продукта не по нынешней рыночной цене. Но мы не можем позволить себе штамповать сериалы по цене рекламодателя, потому что тогда мы потеряем качество, лицо и репутацию. Сегодня рекламодатель платит каналу примерно 7-10 тыс. долл. в час. Как можно сделать часовой продукт за 10 тыс. долларов, я не понимаю. Получается, что у тебя есть выбор: либо ничего не делать, либо делать некачественно, либо заниматься инвестиционным портфелем, о котором я сказал. И если говорить об инвестиционном портфеле, то, слава богу, мы получаем доход от других территорий. 

То есть, пока вы производите сериалы "в ноль"? 

Да, это наша позиция по отношению к современным сериалам для Украины — производить их "в ноль". И мы уверены в своих идеях. Нам лучше произвести "в ноль" и обеспечить работой всю нашу компанию, всех наших людей. Заработная плата все равно формируется из этих доходов. Мы как компаньоны можем не получить прибыль, но я уверен, что продукт такого качества уйдет. 

О "Слуге народа" с его тематикой нам говорили: "Ну, ребята, вы сделали сериал сугубо для украинского рынка". При этом сравнивали его со "Сватами" — коммерчески очень успешным проектом, который покупали во всем СНГ. Что же до "Слуги народа", то все понимали, что сегодняшний украинский рынок нам не даст заработать на этом сериале. А оказалось, что "Слуга народа" заинтересовал крупнейшего мирового дистрибьютора — шведскую компанию Eccho Rights, которая сейчас занимается дистрибуцией сериала по всему миру. (Кроме того, сериал выходил на эстонском телеканале ETV+. Контракт о продаже был подписан на международном телерынке MIPCOM в Каннах, который проходил осенью прошлого года. Вышел он и в Казахстане. Также сериал осенью будет показан в Молдове — ред.) 

Думаю, что это тот вид отечественного продукта (именно национального продукта, созданного нашим людьми — и авторами, и актерами), который уйдет за рубеж. Наши партнеры — компания Ecco Rights — сейчас ведут переговоры о продаже с несколькими очень серьезными игроками на международном рынке. Пока мы не заключили договор, но считаем, что "Слуга народа" будет прорывом не только для нашей компании. 

Я, как всякий нормальный медиа-бизнесмен, считаю, что любая продукция любой украинской медиакомпании, которая выстреливает за рубежом, пробуждает у зарубежных инвесторов и у продакшн-компаний интерес к нашей стране. А если есть интерес, появляется и "прилавок", на котором можно выбрать продукт. Поэтому я всегда радуюсь, если у наших партнеров или у конкурентов получается что-то продать за рубеж. Очень хорошо, если покупают то, что отвечает качеству страны. Если продукт был очень качественный, тогда один прыжок, один выстрел — и в Украину придут зарубежные инвесторы смотреть что купить.

А кто донор телевизионного бизнеса, который пока "в ноль"? 

Он не весь "в ноль". Есть сериалы, на которых мы зарабатываем. Например, "Слуга народа" выходит на нашем канале на YouTube, и мы ежемесячно получаем доход от рекламы. Так что в этом случае донор — YouTube. В целом нашу компанию держат на уровне вот такие вот мультисмотрибельные продукты и тот факт, что права на них принадлежат нам. И это самое главное. Делая, допустим, "Вечерний Квартал" для "1+1", мы получаем в 5 раз больше, чем он стоит, так как его показывают 10 раз. И мы с каналом пожимаем друг другу руки — спасибо, все отлично. 

Что ценит зритель, на что не жалеет денег? 

Зритель приходит на то, что считает качественным. После фильма он понимает, хочет ли пойти смотреть следующую работу этих людей. Жанр комедии считается легким, но когда ты его делаешь, ты понимаешь, что он на самом деле очень сложный. У нас есть профессиональная киношная бригада, которая состоит из криэйторов, придумывающих идею, прописчиков сценария, уплотнителей — авторов мощных диалогов, режиссерской и операторской групп, маркетинговой группы. Команда насчитывает до 150 человек. 

Вы тестируете на фокус-группах ваши гипотезы, что будет востребовано? 

Нет. 

Доверяете чутью команды? 

Считаю, что я и мои коллеги, может и не в совершенстве, но лучше всех на территории СНГ понимаем жанр под названием "романтическая комедия". Знаю еще одну команду людей, которые с такой же частотой как и мы делали комедии и были очень успешны. Это команда Тимура Бекмамбетова. (Российская — ред.). Это мощнейшая команда, но сейчас они, по-моему, что-то в Америке производят. Сделать фильм, на который пойдут люди один раз, — это и талант, и счастье, и удача. А кинобизнес — превратить это в систему, как делают это на Западе, когда мы ходим на фильмы из-за бренда киностудии, потому что знаем, что не будет плохо. Я считаю, что "Квартал 95" как раз является таким брендом, когда человек приходит на комедию, снятую нашей студией, потому что понимает, что увидит качественное кино. 

Монетизация в кино — это в основном зрительский сбор или покупка прав телеканалами? 

Конечно, номер один — это зритель. 

"Квартал 95" — раскрученный бренд. Почему рекламодатели не стоят в очереди на интеграцию в разные ваши форматы? 

Это то, что нас отличало от той же команды Бекмамбетова, которые в работе с рекламодателем преуспели. Мы в этом смысле очень консервативные люди, не быстро реагирующие. Когда уже во время производства к нам приходит рекламодатель — я всегда против. Боюсь, что это разрушит общее ощущение от кино. Если это история про любовь, то почему в кадре должны щелкать семечки? Я этого не могу понять. Может, ошибаюсь. Если это история про любовь, то почему в кадре должны щелкать семечки?

Просто еще не припекло финансово, можете себе позволить отказываться ..

Кино — это изначально рисковый бизнес, во всем мире это риск. 

Каждый релиз — и каждый раз мандраж? 

Каждый раз мандраж. Все мировые продюсеры делают кино не за свои деньги. Продюсеры берут деньги у инвесторов, которые потом получают (или не получают) прибыль. Инвестору предлагают 5-10 %. Он понимает, что в банке ему дадут 2%, а тут 10 %. Можно рисковать? Можно. А если 10 %? А если это "Аватар", то человек может получить колоссальные деньги. У нас другая история. Кинотеатры забирают 50 % от кассовых сборов, далее вычитается доля дистрибьютора, рекламные расходы, после чего мы еще должны все вернуть инвестору и только потом поделить с ним прибыль пополам. Это очень жесткие условия, в которых наша компания все время работала в кино. 

Кто ваш инвестор? 

Разные фильмы — разные ситуации. И разные инвесторы. 

Нет финансовой прочности, чтобы ни от кого не зависеть? Или эта модель в кино так не работает? 

Вот как раз мы так работали последние 2-3 картины: максимально инвестировали самостоятельно. Не потому, что мы не хотели делиться с кем-то правами, а потому что у нас те, кто дает деньги, хочет управлять. Это колоссальная проблема, и она даже не в том, что ты с кем-то делишься полномочиями: все равно все люди, которые работают над проектом, все обговаривают. Но окончательное слово — за продюсерами, потому что они "видят" кино и несут ответственность. 

Есть давление инвесторов? 

Да. Они сначала со всем согласны, а потом начинается такая штука: "Слушай, может, моя знакомая прошла бы по кадру"… И так по чуть-чуть. А почему так? Я этого не хочу. И в итоге ты понимаешь, что делал яблочный пирог, а получил — без яблок: коржи те же, а яблок внутри нет. А ведь ты изначально читал рецепт яблочного пирога. Мало того: ты уже плакат повесил, что вот продается яблочный пирог. Люди приходят, смотрят — а яблок-то нет. 

У вас эксклюзивный контракт с "Плюсами", куда вы ушли от "Интера". "Вечерний квартал" уже снимали с эфира, правда, потом это списали на техническую ошибку. Вынуждены ли вы согласовывать какие-то элементы программ, в который так или иначе затрагивается акционер медийной группы-партнера? 

Любые договора всегда накладывают какие-то обязательства. Вопрос — как вы к этому внутри относитесь. Вы согласны, что у вас есть обязательства перед вашим работодателем? Это же дело ответственности. У меня в контракте с "1+1" нет того, что я должен что-то согласовывать. В свою очередь канал тоже мне ничем не обязан. Они купили, не захотели — не показали. Завтра, например, может выйти какой-нибудь закон и нас вообще не будет в телеэфире

Это самоцензуру? 

Не знаю, что это такое. Но все равно у каждого человека есть грань. И я не властен над тем, что завтра, например, может выйти какой-нибудь закон и нас вообще не будет в телеэфире. У нас один фильм не выходит на телевидении, потому что он попал под закон о запрете продукции, начиная с 2014 года. Речь идет о полнометражном фильме "8 новых свиданий", который мы снимали совместно с российской компанией "ГОРАД". С 2012 года мы производили кино, которое вышло во второй половине 2014 года и подпадает под этот юридический закон. В итоге мы имеем кино нашего производства, которое в списке запрещенных. Я к тому, что завтра может выйти какой-то закон, и нас вообще не будет на каком-либо канале. Не в самое простое время мы живем и работаем. Я, как акционер "Квартала", это знаю. Но не говорить какие-то вещи мы просто не можем, потому что это наша ДНК. 

У вас в каждом бизнесе очень много партнеров, это компромиссная модель. Про этом очень многое завязано на вашем бренде, на вашей популярности. Вы, наверно, самый востребованный и как актер, и как креатор. Могли быть единоличным владельцем. Почему выбрали путь партнерства? 

Может быть, это моя ошибка, но доверие для меня является самым главным мотиватором в отношениях. Высшая степень доверия — это партнерство в бизнесе. Я не считаю, что менеджер, который на меня работает, до конца со мной. Партнерство — это более плотное доверие друг другу. Ну и, собственно говоря, дипломатический крест, который нужно нести. 

У кого есть шансы стать вашим долгосрочным и успешным партнером? Какие у вас критерии? 

Может ли быть у человека счастливый брак и сколько у него может быть счастливых браков параллельно — вот это ответ. Их много может быть, но счастливых… К сожалению… Потому что для этого нужно все время ставить себя на ступеньку ниже своего партнера. Если в какой-то момент мы становимся на одну ступень и говорим, что мы равны — это не совсем так работает. Чтобы человек классно работал, надо встать ниже и сказать: "Ты это знаешь лучше, сделай".



Источник: Delo.ua

Оставьте первый комментарий