Сказкина.jpgАлена Сказкина, 
специалист в области международных коммуникаций

Сегодня каждый, кто последние несколько лет не провел на другой планете, слышал про Big Data. Популярности этому термину добавила нашумевшая статья в Das Magazin, которая приоткрыла завесу к тому, что с колоссальными массивами  информации можно делать что-то еще, кроме как сохранять  в  современнейших дата-центрах. Выигрывать выборы, например. 

Кажется, что информация и правда окружает нас везде. В самом настоящем смысле этого слова. Для того, чтобы оставить цифровой след, не обязательно выходить в «онлайн». Достаточно взять в карман смартфон (чтобы всегда быть на связи, конечно) и пройтись по ближайшей улице.  Покупка через кредитную карту, запрос в поисковик, время прослушивания любимого трека в проигрывателе, like в соцсетях, check in за «чашку кофе в подарок»:  сохраняется всё.  Очень долго никто не мог предвидеть, что это все зачем-то может пригодиться. За исключением тех случаев, когда сегодня лента Facebook показывает вам рекламу средства от комаров, потому что вчера вы искали  в Google  «как поставить палатку на отдыхе».

Долгое время единственной проблемой больших данных было то, что они большие. Создать место, куда бы они все могли поместиться, оказалось не так просто. Еще в 2010 году на технической конференции Techonomy в Калифорнии докладчики говорили о том, что «от начала цивилизации до 2003 года было создано 5 эксабайт информации (1018 байт). Теперь такое количество данных создается каждые два дня». Сегодня и Facebook и Google, и другие компании, которые генерируют данные на ежедневной основе, имеют свои дата-центры в тех континентах планеты, где температура не поднимается выше ноля.  И если с одной стороны вопрос сохранения решается путем создания современных дата-центров, то вопрос ответственности за использование данных остается открытым.

И вот тут видна четкая градация между теми, кто понимает большие данные в потоке мейнстрима, и теми, кто способен их читать. В США, кстати, к 2020 году предсказали колоссальную нехватку двух типов профессионалов в этой сфере: исследователей, которые смогут предлагать научное обоснование больших данных и менеджеров, которые смогут ими, данными, управлять.

Есть ли big data в Украине?

В 2016-м Украина буквально утонула в цифрах с деклараций госчиновников.  В замешательстве были все - одни от сумм, которые вдруг стали известны, другие - от количества информации, которая в один миг оказалась на поверхности: бери - не хочу.  Эксперты гадали – к чему может привести такое информирование общества, государственные чиновники  «плакали» о том, что «уже трижды заполняют все сначала, а оно все не сохраняется», программисты держали удар.  Гигабайты добровольно поданных отчетов о доходах, которые должны были стать феноменом открытости и прозрачности новой власти, стали понятным подтверждением того, что в Украине с информацией работают по прежнему принципу «скрыть нельзя показывать».

Речь не идет о том, что кто-то определенно знает, как делать лучше. Прискорбно осознавать, что количество опубликованной информации, которая пылиться на онлайн-страницах, остается востребованной ровно в тех случаях, когда журналисты по борьбе с коррупцией в очередной раз захотят проверить, сколько домов появилось у того конкретного государственного служащего. Из 1 миллиона 395 тысяч 825 подавших свои декларации.  

Я не знаю, что делает с этими данными НАБУ и САП, но в силу опыта ежедневного общения с государственными пресс-службами, я точно знаю, что эта информация не поддается анализу.  Тогда в чем ее ценность? В том, что она просто есть? И ошеломляющих суммах из госбюджета только на то, чтобы она была? В «ручном» режиме по запросу?

Случай с декларациями  - это единичная практика о базе данных, которая просто была собрана. Но не более того.

Ежедневно десятки журналистов обращаются в государственные пресс-службы с запросами об информации. Списки нераскрытых преступлений, количество ввезенных товаров, иммигрирующих украинцев, переименованных улиц, новых светофоров к Евровидению – это только намек на то, что просят. Несколько недель назад мы от редакции 1+1 отправили запрос в областные администрации с целью узнать, сколько денег было потрачено на декоммунизацию: переименование улиц, изготовление новых табличек. Мы могли представить, что нам пришлют «сырые» данные по областям, которые нам самим нужно будет обработать. Но мы представить себе не могли, что наше письмо будет переадресовано сначала на районные, а затем на сельские советы. Каждые пару часов в моем электронном ящике собиралось не менее 150 писем. Что победило в тот момент? One voice communication или данные, которым так и не суждено стать большими?

Квартал на миллион долларов

В 2012-м году правительство Нью-Йорка совместно с Министерством Юстиции США организовало программу, которая называлась «Квартал на миллион долларов».  

Еще чуть раньше Городской центр картирования правосудия принял программу «Графические инновации в юстиции». Прочитайте название еще раз.  «Графические инновации в юстиции».  Это означает, что целый департамент программистов и дизайнеров изо дня в день занимаются тем, что переносят на карты «преступность в городе»: количество ограблений по районам, что именно грабят, в какое время суток, и т.д. Центр предоставляет такие визуальные изображения уже более 10 лет. Путем составления карт жилых адресов каждого заключенного в различных пенитенциарных системах они сформулировали концепцию, которую назвали «Квартал на миллион долларов». Её суть заключалась в том, чтобы вкладывать в благоустройство неблагополучных кварталов города ровно столько, сколько благополучные кварталы платят на годовое содержание преступников из неблагополучных районов. Программа была призвана в первую очередь побороть преступность. Но не простым извлечением симптомов, а устранением глубинных причин. С помощью этой программы удалось определить уровень лишения свободы по району. После этого – сократить уровень преступности, а деньги, которые шли на содержание заключенных, направить на благоустройство города. После адаптации программы в Нью Йорке, она была принята в еще 20 штатах.

Еще раз повторюсь, что речь не идет о том, что кто-то точно знает, как делать лучше. Возможности использования данных сегодня – колоссальны. Социальные сети, поисковые системы, банковские, медицинские, кадастровые данные – все вместе представляют огромную систему, которая может работать во благо. Главное – понимать зачем. В противном случае, очень похоже на накопительство, которое может быть модным и в тренде, но лишенным абсолютно всякого информационного смысла.

Украина сейчас находится на том этапе, когда у общества есть запрос на большие данные, но возможности его удовлетворить – нету. И здесь вопрос не в наличии или отсутствии профессиональной «рабочей силы», которая, к слову говоря, в своем большинстве уже давно в Силиконовой Долине.  Феномен больших данных не в том, что они есть, что они доказаны, что они существуют. Их ценность в том, что они могут быть полезны. Полезны – от слова «пользоваться». 

 

Оставьте первый комментарий